Возрождение народных промыслов
Журнал №20 (2013 год)

Журнал №19 (2013 год)

Журнал №18 (2012 год) Журнал №17 (2011 год) Журнал №16 (2009 год) Журнал №15 (2008 год) Журнал №14 (2008 год) Журнал №13 (2007 год) Журнал №12 (2007 год) Журнал №11 (2007 год) Журнал №10 (2007 год) Журнал №9 (2006 год) Журнал №8 (2006 год)
Журнал №7 (2006 год) Журнал №6 (2006 год) Журнал №5 (2005 год) Журнал №4 (2005 год) Журнал №3 (2004 год) Журнал №2 (2004 год)

Главная
26 | 04 | 2018
Возрождение народных промыслов

Жизнь удивительна, разнообразна и прекрасна, когда ты так к ней относишься. Земля наша богата и щедра не только природными ресурсами, но и талантливыми людьми. Недавно мне посчастливилось познакомиться с таким человеком. Мы, будучи впервые в Петропавловске-Камчатском, искали подарок на день рождения нашему другу, и очень хотелось найти что-нибудь необычное. Сам по себе регион не обычен – суров и прекрасен одновременно. Видимо поэтому и люди там другие. Нас повезли к настоящему Мастеру своего дела. Именно о таких людях говорят – «золотые руки». Я впервые пишу такого рода материал и в такой раздел. Я не являюсь журналистом, просто очень захотелось рассказать читателям нашего журнала об этом удивительном человеке.

В давние-давние времена, когда Россия именовалась империей, а многочисленные волости и земли еще не знали друг о друге, обосновался на севере Камчатки корякский этнос. Исследователи и первопроходцы странствовали далеко от северных берегов, а сами земли и воды были полны редких животных и диковинных морских зверей. К 17 веку коряки расселились вдоль Пенжинской губы, основав для жития-бытия два поселка – Парень и Куэл. Они не ведали другой жизни, кроме покорного ветрам солнца и вечной мерзлоты. И, конечно, не могли знать о том, что спустя век их бытие станет удивительной находкой для всего цивилизованного мира.

Страх перед силами природы заставлял коряков почитать щедроты земные и богатства рек, и долгую зимнюю стужу, и редкое летнее тепло. Им открылись таланты и знания, мирившие их с неласковым краем, позволившие жить в нем и не испытывать злой нужды. 

Коряки вели обычный для северных народностей образ жизни. Мужчины пасли оленей, охотились, ловили рыбу, женщины готовили еду, шили одежду и занимались рукоделием. Они самостоятельно осваивали ремесла – чтобы устоять перед шальной непогодой или лесными гостями, чтобы подручные средства позволяли не думать о ниспосланных неудобствах.

Как рождается искусство? Что побуждает человека увидеть обычные явления в неожиданных ракурсах и передать их сущность материальным, осязаемым предметам? Сердце, душа, характер, привычки и жизненный уклад – не это ли передает мастер, корпя над куском древесины или шкурой добытого медведя, колдуя над причудливым орнаментом или сбивая воображение в узорчатое панно. Коряки долго использовали только природный материал, пуская в дело все без остатка. Мясо животного, птицы или рыбы употребляли в пищу или заготавливали впрок, шкуру выделывали на одежду и одеяла. Изделиями из рогов и перьев, из крепкого клюва, когтей или жаберных костей украшали жилище и самих себя. Позже, когда появились первые переселенцы, а к берегам Охотского и Берингово морей стали подходить иноземные каравеллы, коряки выменивали местный товар и изделия на другие материалы, бисер, а в первую очередь, на металл, интуитивно зная, что он может пригодиться более всего.
Пришлым гостям были по нраву резные кости, деревянные фигуры, странные меховые одеяния и искусно шитые полотна. Однако особенное восхищение вызывали ножи, которыми пользовались и делали на продажу жители села Парень. Эти ножи были необычайно острыми, не зазубривались и легко точились. Их лезвия выполнялись в одном стиле, сходном для всех северных народностей. Клинок – с обушком до 7 мм в зависимости от размера самого ножа и плавное сужение к острию. Заточка клиновидная, а рукоять прямая, расширенная к тыльнику. Рукоять делалась из природного материала – из дерева (березы, капа), рога лося, оленя или снежного барана, китовой кости, клыка моржа. Украшалась рукоятка насечками, гравировкой или резьбой. Мифы, сказки, легенды нашли свое отражение в орнаментах, украшавших и нож, и ножны. Узоры олицетворяли горы, чумы, плавники рыб…– все, чем была насыщена жизнь местных обитателей.

Слава о мастерах из далекого села Парень распространилась далеко за пределы Российской империи. Изумительные по прочности и дивные по красоте ножи приносили паренцам немалую выгоду. Однако для ценителей мастерства они являлись неповторимым образцом совершенства, на какое только были способны «дикие люди без грамоты и учений». 

К сожалению, к 20 веку паренские традиции постепенно угасали. Все последующие десятилетия поселок Парень вымирал, а вместе с ним – и народное творчество, апогеем которого был и остается знаменитый паренский нож. В наши дни паренцы – это всего несколько человек, которые, увы, не владеют прошлыми ремеслами. Забылись навыки, ножи канули в лету. Казалось бы… Искусство, дарованное людям от Бога, не может сгинуть прочь. Его ростки сначала бродят по родным пенатам, но, не найдя ответа на своей земле, уносятся далеко ввысь – в поисках начала новой жизни. Примерно там, в камчатском небе, прослышал о паренских ножах Владимир Константинович Сушко. Косторез, резчик по дереву, гравировщик художник, человек веселого нрава и педантичной последовательности, он с детства наблюдал за волшебными превращениями в руках отца. Отец, авиамеханик, участник финской и Великой Отечественной войн, больше всего на свете любил родную землю и все, чем она дышит, питается и наделяет природу. Он писал и реставрировал картины, работал с деревом и находил интересным любое дело, где есть место творчеству и придумкам. Сын многому научился у отца, а особенно – видеть то, что другим не дано и не под силу. 

В 1972 году после окончания Кременчугского вертолетного училища Владимир Сушко приехал на Камчатку и двадцать последующих лет отдал вертолетам и тяжелым камчатским облакам. Но земля манила. Встречи с разными людьми, частые разговоры с оленными людьми, их чумы, быт и нескончаемые сказы о легендарных паренских ножах навсегда утвердили мысль: во что бы то ни стало добраться до паренских традиций и воссоздать потерянное мастерство.

Мечта сбылась. Выйдя на пенсию, мастер создал сначала небольшую мастерскую, где нашлось место не только безумным, как многие думали, идеям, но и другим национальным промыслам, занятие которыми бывший пилот-вертолетчик не оставлял никогда. Постепенно мастерская расширялась. Новые проекты требовали простора, готовые изделия – свободного видения. Однако паренский нож не покидал мыслей ни на минуту. Толстые книги и атласы по Камчатке помогли лучше узнать Камчатку, а специальная литература – исследовать паренское чудо.

Оказавшись в мастерской Владимира Константиновича Сушко, дух перехватило от изумления и восторга. До предметов непременно хотелось дотронуться, словно прикоснуться к чему-то значимому, великому – наследию наших предков, воплощенному в жизнь руками талантливейшего человека. 

Сегодня Владимир Константинович живет новой идеей – создание «Православного города Мастеров»:
– Создание духовно просветительного культурного центра, создание условий, при которых творческий потенциал человека сможет проявиться наиболее полно, ярко, свободно. Воссоздание в центре исторической панорамы, отображающей бытие и развитие этнических групп малочисленных народов, и рядом проживающего русского населения. Люди, живущие в экстремально тяжелых природных условиях, веками создавали свою исключительно своеобразную культуру художественных народных промыслов.

Народы Севера, несмотря на свою малочисленность, сохранили глубокие познания об окружающей среде, создали своеобразную культуру оленеводов, охотников, рыболовов, этнического эпоса со своими народными героями. (В свое время, летая на Камчатке по рыбразведке, с научными работниками частенько приземлялись в селения и обращались к старейшинам по вопросам рунного хода той или иной лососевой породы рыб на различных участках Камчатского полуострова, и прогнозы местного населения играли огромную роль в научных прогнозах). 

Современное хозяйствование и культура смогут развиваться лишь на основе того лучшего, что было испытано временем, и, в первую очередь, на основе духовного состояния. Поэтому для начала должны создаться условия для более высоких целей и задач, что в дальнейшем поможет новому поколению оценить уникальное наследие наших предков и будет способствовать их дальнейшему возрождению и сохранению этой культуры, имеющей многовековой опыт. 

Сегодня подобием прикладного искусства занимаются люди различного возраста, в основном русские, которые наполняют небольшие лавчонки в городе для приезжих туристов и выдают это все за культуру этнических групп. Зачастую эта мишура и бездумная резьба из кости выполнена в других регионах нашей страны, а на Камчатке выдается за работы местных умельцев и аборигенов.

Изобразительное искусство у местного населения выражалось в резьбе по кости и дереву, рисунках и украшении всевозможных вещей, орнаментации одежды, кузнечной ковке, изготовлении ножей, топоров. Оно было известно задолго до прихода русских казаков на Камчатку. Поэтому искусство современных малочисленных народов в особенности пластичной скульптурной резьбы по кости, дереву, кузнечное дело имеют многовековой опыт, традиции, технические приемы. Их скульптуры, как правило, миниатюрны, реалистичны по характеру, имеют эстетический вкус в отличие от той безвкусицы, которой заполнены нынешние лавчонки.

В 1696 году Атласов, приказчик Анадырского острога, отправил первый отряд из 16 человек под командой казака Луки Морозко на Камчатский полуостров, и в следующий год предпринял поход сам. Лучшая пушнина – соболь, морской бобр и морской котик – вот одна из причин экспансии Камчатки и покорения камчадалов и коряков северной части Камчатского полуострова. Попытка русской администрации ввести у камчадалов занятия, характерные для русских: строить избы, заниматься земледелием, держать скот, принудительными мерами убили в камчадалах всякую инициативу и энергию, их индивидуальность была повержена.

Большая часть миссионеров, за малым исключением (алеутский миссионер Вениаминов или алтайский – Вербитский), это монахи и священники, которые были малообразованны, грубы и лишены качеств, необходимых для распространения моральных основ христианства. Не вдаваясь в обсуждение чисто религиозных вопросов, у священников было бы больше возможностей нести культурную миссию, если бы для этого отбирались лучшие люди, и если бы ассигнования правительства и частных миссионерских организаций были бы достаточны, чтобы миссионеры не становились бременем для местного населения.

События прошлого тяготят сознание, события сегодняшнего дня вдохновляют сознание. Приход миссионеров нынешнего поколения с поддержкой со стороны государства и фондов, таких как фонд «Николая Чудотворца», говорит о том, что уроки прошлого не прошли в пустую.

На протяжении многих лет в развитии культуры полуострова Камчатка были отрицательные и положительные моменты. Из справки Дальневосточного комитета Севера, 1932год: Корякский округ 42 школы, обучалось 1545 человек, в том числе 1300 детей народов севера, 9 изб-читален, 29 пунктов ликвидации неграмотности. Из жителей 9 человек учатся в Ленинграде, в медицинском институте Хабарова – 5 человек. 1932 год – создана письменность на корякском языке. Бюджет 1934года составил около 4 млн. руб. и более половины расходов на культурно-социальное обслуживание.

В данный момент на Камчатке, к огромному сожалению, не существует практически ни одного центра народного промысла, практически все держится на энтузиазме отдельных лиц. Существует острая необходимость создания специализированных школ, где учитывались бы технические способности и врожденный художественный талант. Тогда экономическое и культурное состояние полуострова Камчатка с его немногочисленным населением (а тем более и с временным пребыванием) выросло бы во много раз, и, думается, не осталась бы в стороне и русская интеллигенция по поднятию культурного уровня и благосостояния жителей этого удивительно края.
Мы уже молимся, а вы еще спите.

На сегодняшний день идет строительство центра, летом запланирована закладка фундамента под часовню «Николая Чудотворца».

Владимир Константинович Сушко является организатором и главным вдохновителем мастерской. Рядом с ним творят и трудятся талантливые люди, в том числе его дочь Анастасия Сушко. К сожалению, нам пока не удалось с ней познакомиться, но ее работы вызывают настоящее восхищение. Это талантливая художница, смело воплощающая свои идеи в разных материалах: кости, дереве, коже. Совместно созданные художественные изделия, и в особенности – непревзойденные паренские ножи, как нельзя точнее отображают личности двух непохожих, но одинаково преданных снегам и кутхам людей.

Многочисленные дипломы, медали, награды и мировая известность Владимира Сушко ничуть не затмили в нем самые светлые человеческие качества, а его жизнелюбие и энтузиазм заражает в самом хорошем смысле. Владимир Константинович и его соратники воссоздают удивительное искусство, потерянное во времени, но не утратившее своего высокого назначения. А оно всегда одно – быть не во зло, а для добра и красоты. В этом вся жизнь, вся надежда и все стремления маленьких самобытных народностей такой огромной страны как Россия.
Низкий Вам поклон за Ваш труд и творчество!

Елена Шеремет