Приобритение антиквариата - вложение денег или непозволительная роскошь?
Журнал №20 (2013 год)

Журнал №19 (2013 год)

Журнал №18 (2012 год) Журнал №17 (2011 год) Журнал №16 (2009 год) Журнал №15 (2008 год) Журнал №14 (2008 год) Журнал №13 (2007 год) Журнал №12 (2007 год) Журнал №11 (2007 год) Журнал №10 (2007 год) Журнал №9 (2006 год) Журнал №8 (2006 год)
Журнал №7 (2006 год) Журнал №6 (2006 год) Журнал №5 (2005 год) Журнал №4 (2005 год) Журнал №3 (2004 год) Журнал №2 (2004 год)

Главная
26 | 04 | 2018
Приобритение антиквариата - вложение денег или непозволительная роскошь?
  В истории русского антикварного рынка после периода длительного застоя начался новый этап. Он связан с легализацией антикварной торговли, расширением международных контактов, изменением политики ввоза и вывоза предметов антиквариата в России. Русские антиквары получают новые возможности в связи с приобретением произведений живописи и прикладного искусства за рубежом. Благодаря этому возвращаются многие работы, ранее вывезенные из России, а также появляются на российском рынке произведения западноевропейских мастеров. Русская история сделала новый виток, закончился период расхищения и перераспределения материальных ценностей, собранных за двухсотлетнюю историю российской империи; начался процесс возвращения и очередного первичного накопления. Процесс этот обусловлен появлением класса состоятельных людей, которые обладают достаточными средствами для приобретения дорогостоящих предметов старины. Однако парадокс состоит в том, что многие из потенциальных покупателей антиквариата не всегда подготовлены к сознательному выбору произведений искусства и нуждаются в советах экспертов. Таким образом, они вынуждены, в какой-то степени, доверять свои средства антикварам или консультантам, работающим на антикварном рынке. Но эта ситуация вполне естественна для человека, недавно вступившего на путь собирательства.
  Триста лет назад в России антикварный рынок отсутствовал как таковой. Поэтому император Перт I, который решил (во всем следуя европейской моде) создать в своих дворцах картинные галереи, коллекции фарфора и различных раритетов; также вынужден был обращаться к профессиональным маклерам и торговцам в Голландии и Италии. Фактически он был первым По-настоящем крупным покупателем произведений искусства в России, который возвел их приобретение в ранг идеологической государственной политики. Именно благодаря царю-преобразователю среди русской знати возникла страсть к коллекционированию живописи и предметов прикладного искусства. Петр I не имелни специального образования, ни определенных художественных вкусов, но его заграничные путешествия заставили его внимательно приглядеться к художественному убранству дворцов европейских монархов и заимствовать некоторые идеи. Поэтому он создает в своих первых петербургских дворцах, в первую очередь в Монплезире и Большом дворце в Петергофе, картинные галереи, в которых была представлена, как западноевропейская живопись кон. 17-нач. 18 в.в., современная императору, так и более ранние произведения. В Голландии и Фландрии для него работает маклер и живописец Георг Гзель, который по преимуществу выбирает на аукционах работы голландских, фламандских, немецких художников, иногда значительных, иногда посредственных. Постепенно у императора вырабатывается собственный вкус к живописи, формирование которого во многом было обусловлено его любовью к Голландии. Его любимыми живописцами были Рубенс, Рембрандт, Ян Стен, Брейгель, Берхем, Остаде, ван дер Верф, Воуверман. Наиболее заметным произведением, приобретенным для Петра I, стала картина Рембрандта «Давид и Ионафан», которая хранится сейчас в Государственном Эрмитаже.
  Вслед за первым русским императором другие представители династии Романовых продолжили приобретение предметов старины в Европе, особенно масштабными были покупки в период правления Екатерины II. Значительное пополнение коллекций заставило задуматься государыню-просветительницу о создании собственного художественного музея, который получил уже привычное для нас теперь название — Эрмитаж. Надо отметить, что основную часть приобретений, сделанных для императрицы, составляли произведения живописи различных европейских школ, в том числе из собраний Кроза, Тьера, Троншена, Брюля; но также покупались антики, коллекции камей и пр. Наряду с императорскими коллекциями произведений искусства возникали крупные собрания русских аристократов и государственных деятелей, таких как канцлера Безбородко, графов и баронов Строгановых, князей Юсуповых, графов Шуваловых. По мере изменения политической и экономической ситуации в стране появляется новый тип собирателя — это разбогатевший откупщик, финансист, купец, промшленник. Эти люди, составившие свои состояния разными способами, приходили к мысли о том, что покупка старинной живописи или предметов прикладного искусства дает возможность довольно выгодно поместить капитал. В отличие от ценных бумаг и бумажных ассигнаций такое вложение доходов было застраховано от биржевой игры и резких перепадов рыночной коньюктуры. К тому же, обладание богатыми художественными коллекциями придавало недавно разбогатевшим дельцам совершенно иной вес в обществе, в чем-то приближая их к надменным покровителям искусств из знатных дворянских фамилий. Погружаясь в собирательскую деятельность, многие из этих купцов и промышленников, еще недавно совсем далеких от искусства, становились настоящими знатоками и страстными коллекционерами. Их собрания росли, пополнялись замечательными произведениями и часто превращались в крупные музеи, которые не только составляли законную гордость самого владельца, но и становились доступными для публики. Прекрасные галереи и музеи были созданы на средства братьев А.П. и А.А. Бахрушиных, В.А. Кокорева, А.П.Сапожникова, К.Т.Солдатенкова. Можно многое сказать о русских коллекционерах 19 в., но эта тема слишком объемна для нашей небольшой публикации. Отметим лишь, что собирательская деятельность некоторых из них позволяет нам любоваться настоящими шедеврами, хранящимися теперь уже в государственных музеях. Достаточно вспомнить историю знаменитой «Мадонны Бенуа» Леонардо да Винчи, являющуюся ныне гордостью живописного собрания. Она по справедливости должна была бы называться «мадонной Сапожникова», что кажется уже не столь благозвучным для нашего уха. Ведь приобретена она была стараниями астраханского купца и рыбопромышленника А.П. Сапожникова. Впоследствии она среди других замечательных полотен (у купца был довольно тонкий художественный вкус) находилась в особняке внука на Английской набережной, когда его дочь Мария вышла замуж за известного архитектора Леонтия Бенуа, она взяла «Мадонну» в дом своего мужа. Впоследствии Л.Н.Бенуа продал работу великого итальянского живописца в императорский Эрмитаж, и его фамилия закрепилась за художественным раритетом.  
  Начало 20 столетия в России было отмечено заметным промышленным и финансовым взлетом, возникали новые, быстро сколоченные состояния, а, следовательно, и новый тип собирателя. Одновременно с уже известными и зарекомендовавшими себе коллекционерами из финансовой аристократии, дворянской и интеллектуальной элиты, появлялись «нувориши», также стремившиеся направить излишек своих доходов на покупку антикварных и редких предметов. Об этом явлении очень живо написала в своих мемуарах известная собирательница и художница княгиня М.К.Тенишева: «Большинство московских коллекционеров… гоняются за старинными вещами, чтобы быть как все, по моде, и обладать тем, чем можно похвастаться. У них считается хорошим тоном быть коллекционером живописи, фарфора, старинной мебели, редких книг… а иногда просто лошадей, автомобилей или орхидей.» (М.К.Тенишева «Впечатления моей жизни». Л., «Искусство», 1991 г., с. 265). Это, конечно, взгляд меценатки, искушенной в искусстве, собравшей замечательную коллекцию русских древностей, а также акварелей русских и европейских художников, которая ждет от коллекционера образованности, вкуса и определенной направленности. Однако можно взглянуть на эту проблему и с другой стороны: человек, занявшийся приобретением антиквариата, может постепенно набирать информацию об интересующих его вещах, делать свой выбор более осознанным, более личным, формировать особые пристрастия. И это занятие может оказаться для него весьма увлекательным и со временем сделать его весьма осведомленным коллекционером, при этом умело использующим то качество антиквариата, о котором мы уже говорили выше, — вложение средств.
  Сейчас мы переживаем период, также отмеченный возникновением новых состояний, владельцы которых становятся потенциальными покупателями предметов старины. Небывалый бум на произведения русского искусства, охвативший наш внутренний рынок и выплеснувшийся на международные аукционы, обусловлен как раз вкусами этих новых покупателей. Русские художники для них более понятны, более узнаваемы, именно поэтому цены на «Айвазовских» и «Шишкиных» давно уже преодолели порог в миллион долларов. Работы этих мастеров кажутся новым покупателям несогарантами их денежных вложений. Однако работы живописцев первого ряда не столь многочисленны, поэтому антиквары предлагают произведения художников, составлявших основу художественного рынка втор. пол. 19 - нач. 20 в.в. Эти многочисленные пейзажи, ню, натюрморты можно условно назвать произведениями салонного толка; хотя среди них встречаются и работы передвижников, и поздних академистов. Такие работы представляются обстановочными, нарядными, стоящими потраченных денег; они вполне могут удовлетворить не слишком взыскательного клиента. Люди же, обладающие тонким художественным чутьем, стремятся приобретать произведения менее ординарные, порой безошибочно выбирая картины живописцев, которые в будущем могут стать и популярными на антикварном рынке. Так, сейчас в оборот уже входят произведения советской живописи 1940-х _ 1950-х г.г., а также отдельных, наиболее интересных живописцев нач. 1960-х г.г. Думается, со временем станут интересными полотна художников эпохи соцреализма, обладающие неповторимыми, характерными только для советского искусства особенностями.
  Конечно, далеко не все покупатели антиквариата превращаются в коллекционеров и знатоков. В основном люди обращаются к антикварам за предметами, которые помогут им эффектно и с достоинством обставить дом. В таких случаях старинная живопись, бронза, фарфор являются лишь дорогим, но значимым дополнением к общему убранству интерьера. Присутствие антикварных вещей в современном интерьере — тема многогранная и заслуживающая специального изучения. Но в целом существует два главных пути: создание стилизованного интерьера, выдержанного в духе какой-то определенной эпохи, и сознательное вкрапление в современную, созданную дизайнером обстановку антикварных предметов. В первом случае необходимо продумывать все убранство до мелочей, и главным акцентом является тогда антикварная мебель. Она выполняет не только бытовую функцию, но и несет основную смысловую нагрузку, воплощая образ одного из исторических стилей. Второй же путь подразумевает умелое использование предметов старины и живописи в качестве декоративного элемента, вносящего в несколько холодную, «технологичную» атмосферу современного интерьера оттенок теплоты и рукотворности. К тому же наличие антиквариата в современном жилище по-прежнему, как и в XIX столетии, говорит о финансовом благополучии хозяев дома.
  Проходят века, меняется само понятие антиквариата: те предметы, которые еще вчера были почти современными, становятся объектом пристального внимания торговцев стариной и приобретают значительную стоимость. Меняются и сами коллекционеры антиквариата, но увлечение антикварными вещами всегда останется модным, престижным, к тому же перспективным вложением капитала. Ведь старинные раритеты со временем становятся дороже в цене, так как являются индивидуальными и неповторимыми памятниками ушедших эпох, которые несут в себе значительную историческую и культурную информацию.

Малышев Евгений Евгеньевич
Президент Ассоциации антикваров
Санкт-Петербурга